Фигуры речи. Филология

Несколько разнородных заметок об орфографии, фигурах речи, «архетипах» и прочих мало кому нужных странностях языка и общественного сознания.

Архетип на этом сайте не совсем тот, что у Юнга: там он определяется через антинаучное «коллективное бессознательное», а здесь – это просто «сюжетная схема, скрыто реализующая желания человека». То есть желание может быть и осознаваемым, но, по правилам игры, не должно быть заранее известно, как именно и какое именно желание будет удовлетворено в процессе потребления Художественного Произведения (а то получится спойлер). Хотя это не всегда так: например, переживание «чувства прекрасного» автор как бы по умолчанию гарантирует читателю заранее (такой социальный договор), а жанр комедия как бы гарантирует порцию здорового смеха…

***

В 2014-м году внезапно обнаружилось вот что: в этом веке появилась масса исследований, посвящённых фигурам; и даже два больших словаря – Хазагерова и Горте. Что остаётся в этом случае бедному крестьянину-кустарю? Можно уже не изобретать велосипеды, а критиковать чужие. Это хорошо. Но чужие (много их!) придётся изучать, а это плохо.

Зато потом, когда изучишь, приятно подмечать некоторые непоследовательности в чужих классификациях. Например: общим местом (хоть часто и с оговорками) стало деление фигур на фигуры слова и фигуры мысли. А ведь это неправильно, потому что «неоднородно». Слово можно ставить в один ряд со звуком, морфемой, предложением – то есть с элементом какого-то другого уровня языка. А мысль же – это не только не единица языка, но даже не единица логики; это вообще непонятно что; определение «фигуры мысли» размывает смысл и отнюдь не облегчает понимание темы.

***

Впрочем, фигуры слова (точнее, словесные фигуры) тоже неудачное определение. За ним ведь стоит не игра с лексическими значениями, а игра с перестановками и удвоениями слов – то есть всё же нечто, связанное с синтаксисом, с предложением и словосочетанием.

То есть и словесные фигуры, и «фигуры мысли» – это синтаксические фигуры. Но интуитивно ясно, что, например, «простые фигуры» повторения (типа «из коридора нашего в тюремный коридор ушёл») как-то отличаются от «сложных», «комплексных» фигур типа антитезы («Не мир, но меч») – и как-то это надо в классификации отражать. Для начала хотя бы учитывать.

И есть, кстати, фигуры игры именно с лексическим значением слов (типа «везде бичи, везде железы»), но их среди олдфагов принято называть уже вообще не «фигурами», а тропами.

А «фигурам мысли», как раз больше подходит определение «лексические» (чем фигурам «словесным»). Потому что без анализа лексических значений такую фигуру (антитезу, например) обнаружить нельзя (а, например, кольцо или стык – можно).  Наверное, фигуры мысли правильнее называть сейчас семантическими фигурами...

***

Интересно видеть, как меняется отношение к фигурам: в старину они считались отступлением (сделанным для украшения или пущего убеждения) от нейтрального стиля речи, а теперь мы начали понимать, что вся речь (и даже язык) на 95% состоит из фигур, и они вовсе не для украшения, а просто «мы всегда так живём».

При знакомстве с фигурами возникает две тесно связанных задачи: классифицировать фигуру и вообще понять, что тут мы видим именно фигуру, а не какую-то Неведомую чЁрт знает Что. Задачи связаны, но в какой-то степени могут решаться "параллельно": мы можем не знать, к какой категории отнести найденную "конструкцию", но очень сильно подозревать наличие фигуры - на основании...

Тут появляется третья, обобщающая задача - определение признаков фигуры. Например, самый очевидный (видимый почти что невооружённым глазом) признак - это обыкновенные повторы (слов, значений слов, синтаксических конструкций...).

А классификацию уже можно строить на "признаках признаков": например, повтор целого слова мы видим действительно невооружённым глазом, даже не зная значения слова; а вот какую-нибудь антитезу или метафору без анализа лексических значений уже обнаружить нельзя.

18.08.2014

Комментарии