Анафора

Анафора (др.-греч. άναφορά — возвращение) – http://ru.wikipedia.org.

Эта фигура выбрана нами первой в виду своей простоты, «очевидности», а также из-за близости к началу алфавитного списка. Эту фигуру легко увидеть: в начале нескольких соседних сравнительно коротких отрезков текста повторяется какое-то слово – вот уже и анафора: «Мы славно поработали и славно отдохнем!» – [Высоцкий]. Более очевидна только фигура эпаналепсиса – удвоение одной и той же словоформы: «Шар земной я вращаю локтями – //От себя, от себя!» – [Высоцкий].

Возникает вопрос, что в данном случае следует считать словом: подходят ли сюда, допустим, предлоги? «Я отвечаю: “Не канючь!” //А он – за гаечный за ключ» – [Высоцкий]. Подходят ли сюда анафорические местоимения он (она, оно, они)? Вот-вот, всё не так просто. И начать следует с того, что существует как минимум три разных понятия, называемых «анафорой».

1) Анафора (греч. возношение) – особая молитва (канон), являющаяся основной частью литургии и начинающаяся после чтения Символа Веры. Центральный момент анафоры – возношение (поднятие над престолом) приготовленных для причащения Святых Даров. – lib.eparhia-saratov.ru.

2) Анафора (греч. anapherein 'относить назад, возводить <к чему-л.>, возвращать'), использование языковых выражений, которые могут быть проинтерпретированы лишь с учетом другого, как правило, предшествующего, фрагмента текста. В первую очередь, понятие анафоры, или анафорической отсылки используется в лингвистике применительно к анафорическим местоимениям – ср., например, следующий микротекст: (1) Космонавт вернулся на борт станции. Он сообщил, что чувствует себя нормально. [...] Именная группа космонавт именуется антецедентом анафорического местоимения, а анафорическое местоимение он отсылает к антецеденту. – [Андрей Кибрик, krugosvet.ru].

3) Анафора (греч. anaphora — вынесение вверх). Стилистическая фигура, заключающаяся в повторении одних и тех же элементов в начале каждого параллельного ряда (стиха, строфы, прозаического отрывка). – [Розенталь Д.Э. Словарь-справочник лингвистических терминов, members.xoom.com/oksana_k].

Разнобой в толковании значения исходного греческого глагола наводит на мысль, что изначально он всё-таки был «выносить [наверх]», «возносить». Затем, применительно к письменному тексту, где «вверх» и «назад» означает одно и то же («в дополнение к вышесказанному...»), глагол приобрёл значение «отсылать, возвращать(ся) назад, к началу чего-то». Анафорические местоимения отсылают к «начальному» слову, без которого невозможно понять, что же эти местоимения «обозначают». Анафора же как стилистическая фигура никуда читателя не отсылает, здесь у термина появляется ещё одно значение – «вынесение одного и того же слова (элемента) в начало соседних отрезков речи». Нас интересует анафора именно в этом, последнем значении.

При достаточно мелком повторяющемся элементе анафора может и не быть стилистической фигурой (а быть вполне законным явлением русской речи): зайти за угол, ввести в курс дела, подложить под сиденье, навести на мысль.

Фольклорный избыточный повтор предлогов, пожалуй, к анафоре отнести нельзя, так как отрезки речи с повторяющимся элементом (предлогом) неоднородны (один элемент – перед существительным, другой – перед прилагательным): «И по норам по барсучьим //Мы скучаем да канючим». – [Высоцкий]. Однородность, некоторый параллелизм важны для анафоры. Этот параллелизм имеет исторические корни:

«Формы приветствия и прощания чаще всего строятся анафорические (в подражание народному у миннезигеров, трубадуров, также и у поэтов нового времени). Интересно отметить в такой анафоре её историко-культурную подкладку. Уезжающий на чужбину или возвращающийся из далеких стран после длительного отсутствия должен приветствовать отдельно (и именно полной формулой) каждого из домочадцев (и теперь в письмах на родину людей мало-образованных: земной поклон такому-то и земной поклон такому-то и т. д. — каждому родственнику отдельно).

Ещё более важным считалось некогда совершенно одинаковое обращение к богам, чтобы не разгневать ни одного из них, или к властителям, заседающим вместе (например, на суде, военном собрании, на званом пиру)...» – ru.wikipedia.org.

«Как и другие фигуры прибавления, анафора передает некое постоянство настроения. Чаще всего это чувство уверенности. Это наиболее мажорная фигура. Вспомним, какой популярностью пользовалось во время войны построенное на анафоре лирическое стихотворение К. Симонова “Жди меня”: “Жди, когда снега метут, //Жди, когда жара, //Жди, когда других не ждут, //Позабыв вчера”». – [ Хазагеров Г.Г. Политическая риторика, evartist.narod.ru].

«Анафора — повтор слов в началах смежных отрезков речи: подарите себе неповторимое изящество французских окон, подарите частицу французского шарма. Эта анафора взята из рекламного текста и передает настойчивость рекламодателя, которая не успевает стать навязчивой и производит впечатление искреннего совета. Вообще же, смысл анафоры — продемонстрировать уверенный эмоциональный настрой. Наиболее удачна она в передаче именно оптимистичного настроения. Это любимая фигура политических деятелей, которые используют достаточно пространные анафоры, каждый абзац или каждое предложение начиная с одних и тех же слов. Так, демонстрируя процветание страны, Сталин в одной из своих речей начинал предложения словами "Приятно и радостно видеть..."» – [Хазагеров Т.Г., Ширина Л.С. Общая риторика: Курс лекций и словарь риторических фигур. Ростов н/Д, 1994, philol.rsu.ru].

Я бы не сказал с такой уверенностью, что анафора – именно «мажорная», передающая «уверенный эмоциональный настрой». Правильнее, наверное, было бы более осторожное определение: «патетическая», «пафосная», «напыщенная». В Интернете часто можно встретить рядом с определением этой фигуры следующие примеры:

«Город пышный, город бедный, //Дух неволи, стройный вид, //Свод небес зелено-бледный, //Скука, холод и гранит — //Всё же мне вас жаль немножко, //Потому что здесь порой //Ходит маленькая ножка, //Вьется локон золотой». – [Пушкин]

«Клянусь я первым днем творенья, //Клянусь его последним днем, //Клянусь позором преступленья //И вечной правды торжеством». – [Лермонтов]

В сочетании с вполне верным наблюдением Т.Г.Хазагерова о любви к анафоре политических ораторов, примеры наводят на мысль о том, что анафора чаще всего может появиться в обращении – к реальному или воображаемому собеседнику (может быть, в риторическом обращении). Или, если сказать короче, в разговоре, в разговорной речи. И даже без всякого особенного пафоса:

«Тебя одно что-нибудь заманит, одно что-нибудь тебе полюбится – ты им занят, а прочее у тебя дрянь, прочее тебе нипочем, ты уж и глядеть на него не хочешь». – [Гоголь. Портрет]

Вряд ли стоит считать анафорой повторение в начале соседних предложений синтаксических конструкций или служебных слов – такое явление правильнее было бы всё-таки называть параллелизмом, который обычно оказывается частью более сложной конструкции – периода:

«Чтобы не попасть в капкан, //Чтобы в темноте не заблудиться, //Чтобы никогда с пути не сбиться //Чтобы в нужном месте приземлиться, приводниться, //Начерти на карте план». – [Высоцкий]

То есть некие черты анафоры, конечно, в таком параллелизме присутствуют, но они очень слабы, они почти теряются на фо не основной фигуры.

Звуковая анафора – тоже весьма сомнительная фигура. Если группа даже очень характерных, узнаваемых звуков повторяется не в конце ритмизованных строк (что создаёт рифму и влияет на восприятие сильнейшим образом), то тогда уже без разницы, где именно она повторяется: в начале строк, в середине, через слово или через два... Во всех этих случаях (кроме очевидной рифмы) фигуру правильнее будет называть более общим именем – аллитерацией (так как обычно речь идёт о скоплении одинаковых согласных, а гласные вне позиции рифмы или, на худой конец, ударения в русском языке весьма расплывчаты, мало влияют на восприятие).

12.07.2009 , М.Г. (stopkran)

Комментарии

D.M., admin 12.07.09 19:03:07

Несколько примеров анафоры (и, отчасти, эпифоры).

За стеной соседи встали, //Электричество зажгли, //За стеной соседи встали, //А потом опять легли. – [Барто А.]

В коридоре, в классе ли -- // Всюду стены красили, // Терли краску, терли мел, // Каждый делал, что умел. – [Барто А.]

Отдыхали девочки, // Отдыхали мальчики: // Девочки -- на лавочке, // Парни -- на диванчике. – [Барто А.]

Звали милой, // Звали славной, // Нашей Ольгой Николавной, // А теперь желаем зла: // Чтоб ботаника слегла! – [Барто А.]

Знайте все, что он недобрый, // Злее волка! Злее кобры! – [Барто А.]

Достал Сережа четки, // Достал через полгода. – [Барто А.]

На праздник спортивный // Уходят гимнасты, // Уходят под ливнем, // Уходят в ненастье – [Барто А. Ярославна]

Повсюду жду, // Часами жду... – [Барто А.]

Зайку бросила хозяйка – //Под дождем остался зайка. – [Барто А.]

Друг друга поздравляли, //Друг другу жали руки, //Хотя экзамен сдали //Не бабушки, а внуки! – [Барто А.]

У Танюши дел немало, //У Танюши много дел: //Утром брату помогала,— //Он с утра конфеты ел. – [Барто А.]

В пустой коробке спичечной //Целая семья, //В пустой коробке спичечной //Четыре муравья. – [Барто А.]

Я тявкать умею, //Умею рычать, //Умею своих //От чужих отличать. – [Барто А.]

Все эти примеры из А.Барто говорят о двух вещах: во-первых, подтверждают идею простоты, наивности, «детскости» повторов слов (а фольклор тоже детство – детство литературы); во-вторых, подтверждается идея (тоже достаточно простая) из Википедии: «анафору можно рассматривать как один из видов слитного предложения». Действительно, это ведь обычное сложное предложение с однородными сказуемыми: «умею тявкать и рычать», почему бы ему ни принять вид «умею тявкать, умею (также и) рычать»?

D.M., admin 12.07.09 19:02:45

Необратимо связаны с анафорой фигуры эпи́фора и си́мплока. Или неразрывно? Потому что эпифора как раз получается полным «обращением» анафоры:

Эпи́фора (греч. ἐπιφορά — повторение) — стилистическая фигура, противоположная более часто встречающейся в поэзии анафоре; повторение в конце стихотворных строк слова или словосочетания. – [Квятковский. Поэтический словарь. – 1966, feb-web.ru]

«Анафора говорит: “Мы и сейчас и впредь будем исходить из такого-то положения”, эпифора: “Мы и сейчас и впредь будем приходить к такому-то результату”. Из-за этого оттенка неизбежности с эпифорой чаще связываются настроения безысходности и безвыходности». – [Хазагеров Г.Г. Политическая риторика, evartist.narod.ru]

Не всегда справедливо. Иногда, конечно, вполне чувствуется оттенок неизбежности:

«Нам осталось уколоться //И упасть на дно колодца, //И пропасть на дне колодца, //Как в Бермудах – навсегда». – [Высоцкий]

А вот в следующем примере создаётся больше ощущение «простого», «разговорного» стиля, как и в примере анафоры из того же произведения:

«Уже чудились ему крики: “Чартков, Чартков! видали вы картину Чарткова? Какая быстрая кисть у Чарткова! Какой сильный талант у Чарткова!”» – [Гоголь. Портрет]

«Как бы то ни было, но и эпифора, и анафора, как и все фигуры повтора, передают чувство уверенности говорящего в том, о чем он сообщает». – [Хазагеров Г.Г. Политическая риторика, evartist.narod.ru]

Си́мплока (греч. συμπλοκή – сплетение)

1) стилистическая фигура повторения: начальных и конечных слов в смежных стихах или фразах при разной середине или середины при разных начале и конце («И я сижу, печали полный, Один сижу на берегу». Часто совпадает с параллелизмом. – [БЭС]

2) фигура синтаксического параллелизма в смежных стихах, у которых а) одинаковые начало и конец при разной середине и б) наоборот, – разные начало и конец при одинаковой середине. – [Квятковский. Поэтический словарь. – 1966, feb-web.ru]

Ну, «иногда совпадает с параллелизмом» или «всегда», а тоже вполне может создавать ощущение чего-то простого, доверительного:

«Уронили мишку на пол, //Оторвали мишке лапу». – [Барто А.]

В последнем случае даже не «просто-разговорное», а «просто-народное», «былинное», «причитательное». Нечто похожее на:

«Во поле берёза стояла. //Во поле кудрявая стояла»

Ещё несколько примеров:

«Большому кораблю большое плавание»

«Приятно было бы нам приветствовать первые труды, первые успехи знаменитого редактора Вестника Европы». – [Пушкин. Отрывок из литературных летописей]

«В сем первом томе описаны детские лета, первая молодость и первые походы Надежды Андреевны». – [Пушкин. Кавалерист-девица]

«Вьюга злится, вьюга плачет; Кони чуткие храпят» – [Пушкин]

«Мчатся тучи, вьются тучи; //Невидимкою луна //Освещает снег летучий; //Мутно небо, ночь мутна». – [Пушкин]

В последнем случае, впрочем, появляется уже новая фигура – кольцо (просаподосис). Как выразительное средство в этом примере просаподосис ничем не отличается от анафоры и эпифоры: повторы создают ощущение «путаницы», «смутности», беспокойства, а отнюдь не ощущение «чувства уверенности говорящего в том, о чем он сообщает». Что, в общем-то, говорит о невозможности однозначно связать конкретную фигуру с конкретной эмоцией: у поэта фигуры всегда играют подчинённую роль, и роль абсолютно произвольную. У хорошего политического оратора, впрочем, тоже (только кто их за последние 50 лет видел, этих хороших ораторов). У ораторов (старой школы), наверное, можно проследить какую-то закономерную связь тех или иных фигур с определёнными эмоциями. У поэтов же всегда был и будет во всём полный бардак...